Неужели Юрий Михайлович Лужков поднял бульдозеры, чтобы спасать занесенные в красную книгу мхи и лишайники? Ничуть. Началась война за землю, которую фиговым листком природоохранного законодательства, уже не прикрыть, а потому все формальные приличия - отброшены.

Итак, жители «Речника» – от пенсионеров до загадочных «доверенных лиц» владельцев домов-«миллионников» – заявляют о готовности стоять насмерть. Отставные военные угрожают самосожжением, а владелец самой известной в РФ кепки, оказавшийся по другую сторону баррикад в развязанной им же войне за собственность, сказал как отрезал: «То, что происходит с «Речником»,— это законные действия властей, которым противостоят, с одной стороны, те владельцы дач, которые незаконно построили свои здания, и еще некоторые политиканы, которые на любом конфликте хотят себе поднять авторитет, но ничего не получится из этого».

Очевидно, что виллы на живописном берегу красавицы-Москвы построены, мягко говоря, с отступлениями от закона, и здесь мэр Лужков, безусловно, прав. Но вся проблема в том, что снос их – точно такое же беззаконие. Как, впрочем, и сама история эта, давно развивающаяся по законам военного времени: ее участники, в борьбе за дорогую землю, просто-напросто забыли о необходимости блюсти приличия и законодательные нормы.

Для того чтобы понять это, не обязательно быть юристом. Во-первых, судебное разбирательство еще не завершено. Иск самого садового товарищества о признании права на бессрочное пользование земельным участком, а также иск Росимущества о сносе самовольно возведенных строений находятся в производстве Арбитражного суда Москвы. Стало быть, исполнители явно торопятся. Во-вторых, ведомственное садоводство появилось на заболоченных землях близ Карамышевской плотины в 1956 году, когда не было и в помине никакого природно-исторического парка «Москворецкий», который, как свидетельствуют путеводители и справочники, учрежден постановлением правительства Москвы лишь в 1998 году. Кстати, примерно в тот же период формируется и федеральный закон «Об особо охраняемых природных территориях», и, смею предположить, что вся эта нормативно-правовая база создавалась именно для того, чтобы «подвинуть» с особо ценных и живописных территорий разных «речников» и «огородников».

Хотя вполне очевидно, что полвека назад участки, которые занимают СНТ «Речник» и «Огородник» считались не заповедными, а «бросовыми». Другой земли садоводам попросту не давали. Но столица хорошела, а садоводческое движение в СССР набирало обороты. Поэтому массив повторил судьбу других советских ведомственных садоводств: вначале членам товарищества разрешили сажать яблони и плодово-ягодные кустарники, потом – строить сараюшки и щитовые домики без фундаментов, потом с фундаментами... К слову, к московской Олимпиаде-80 массив «Речник» уже собирались снести, дабы не портил вид растущих олимпийских объектов, но не успели: олимпиада закончилась, а садоводческое движение в период, предшествовавший развалу СССР, стало своего рода «Приоритетным национальным проектом». И, как водится, уже тогда в ряды садоводов - работников речного хозяйства, по всей видимости, начали вливаться и весьма уважаемые люди. В 1990-е годы, когда СССР окончательно развалился, ряды садоводов пополнились еще более уважаемыми людьми – которых сегодня именуют «инвесторами»: они-то и строили здесь особняки и таунхаусы, не особо заботясь о сохранении садоводческого статуса. Для того чтобы оправдать инвесторов, эффективно освоивших садоводческие массивы городов и весей, пришлось придумывать «дачную амнистию».

Затем интерес к дорогой столичной территории, по всей видимости, возник у третьего поколения «уважаемых людей». И тут-то разгорелся конфликт. Смею предположить, что если бы речь шла о ликвидации богом забытого садоводства «Лесная сказка» близ губернского города N, никакого резонанса бы не было. А если бы власти, которые по словам префекта ЗАО Москвы выполняли «рутинную работу» по расчистке территории, еще бы и вбросили информацию, о том, что жители «Лесной сказки» вместо положенных садоводам сараюшек возвели дворцы с вертолетными площадками, так народ бы еще и позлораствовал. Мол, и поделом. Здесь же, в Крылатском, столкнулись интересы больших, и очень больших людей. Этот конфликт стал своего рода «лакмусовой бумажкой», показавшей, что внутри закрытой касты чиновничества продолжается передел собственности. Иначе как объяснить тот факт, что не оппозиционные интернет-СМИ, а именно федеральные теле- и радиоканалы, рассказывая о конфликте интересов вокруг «Речника», уделяют столько внимания вопросу «беззакония и произвола властей»? Стало быть, есть у «речников» покровители, для которых харизматичный товарищ в кепке – не указ.

Какой урок преподнесло нам это весьма заметное и получившее широкую огласку событие уходящей недели? Оставив за рамками судьбу обитателей данного СНТ (среди них, очевидно, есть и злостные нарушители закона, и невинно пострадавшие), отметим, на наш взгляд, главное. Столичные власти показали всем прочим чрезвычайно дурной и заразительный пример того, что любую земельную собственность, в результате нехитрой юридической многоходовки можно объявить вне закона и безнаказанно отправить под бульдозер. Кстати, в пригородах Петербурга, например, на Карельском перешейке, есть немало интересных, но при этом занятых садоводами земель, которым вполне подошел бы статус особо охраняемой природной и исторической территории. Есть несколько старинных садоводческих массивов на территории Петербурга, к которым со всех сторон подступают городские инвесторы. И случись война - депутатов-заступников, представителей обществественной палаты и репортеров федеральных СМИ под рукой может не оказаться.